Удовлетворят ли мое ходатайство ( в суде или на следствии) о приобщении к материалам дела заключения специалиста- полиграфолога?

Могут удовлетворить, а могут и нет. Собственно, как любое другое независимое исследование и заключение трассолога, биолога, генетика и т.д.. В любом случае должен быть письменный отказ. В случае немотивированного отказа, действие следователя могут быть обжалованы, в порядке ст. 125 УПК РФ, а решение судьи районного суда в кассационной инстанции.
Заключение полиграфолога может явиться решающим доказательством в делах, где имеется только один потерпевший и один обвиняемый. Естественно с разными показаниями. Для того чтобы суд вынес решение ему необходимы дополнительные доказательства, коими и может быть СПФИ. В основном это семейные разборки в делах частного обвинения – побои, угроза убийством и т.д.
Во всех остальных случаях помимо заключения полиграфолога, должен быть обязательно допрос специалиста, а также дополнительные факты и доказательства, даже косвенные, указывающие на правдивость показаний свидетеля, обвиняемого, подозреваемого, отсутствие у него умысла, возможности совершения определенных действий или вины в инкриминируемом преступлении. Вот только тогда заключение специалиста-полиграфолога может принести свои результаты - в виде оправдательного приговора (Тушинский, Тимирязевский, Гагаринский суды). Или значительное снижение наказания, т.к. оправдательный приговор дать нельзя из-за того, что будут возбуждены уголовные дела в отношении следователей или оперов, или из-за того что – оправдать нельзя, а строго наказать рука не поднимается. А также еще из-за того, что были бы какие-нибудь дополнительные доказательства от защиты, то можно было бы и объективно рассмотреть дело, а не только по тем документам, которые пришиты в уголовное дело.
Для более наглядного понимания моих слов приведу два примера из практики.
ПЕРВЫЙ. Потерпевшая написала заявление в милицию об открытом хищении у нее сумки из служебного помещения. Был свидетель – знакомый, который якобы погнался за преступником и муж, который узнал о грабеже по телефону от жены. Преступник убегая, бросил сумку на улице. Денег в сумке не нашли. В преступлении обвинили мальчика 18 лет, который только за 2 дня до этого освободился. Отбыл наказание за грабеж. Следовательно, судимость не погашена. Мера пресечения – арест. В процессе следствия были выявлены некоторые обстоятельства, которые давали основания защите полагать, что на момент преступления подозреваемый был в других местах, а именно в паспортном столе и в отделении милиции для получения паспорта. Однако, доказать данный факт не получилось, т.к. камеры видеонаблюдения в этих помещениях имелись, но не работали. Сотрудники отделения милиции и паспортного стола идти в суд подтверждать показания мальчика естественно отказались. Даже если бы их вызвали в суд, они сказали бы, не помню (не хотели идти против своих). Биллинг разговоров сотового телефона ничего не дал, т.к. вышки сотового оператора перекрывали друг друга и установить, где конкретно по времени находился мальчик в момент грабежа не получилось. Было заявлено неоднократно ходатайство о проведении СПФИ. Отказ, с мотивировкой нецелесообразно, т.к. в деле имеется достаточно доказательств, для вынесения приговора. (Естественно обвинительного, где-то годика так на 3 из-за повторности). Оставалось только два средства повлиять приговор. Очные ставки и полиграф свидетелю защиты. Были проведены очные ставки со свидетелями обвинения, где выявились существенные противоречия в их показаниях о времени совершения преступления. Разница была в 1.5 часа. Несмотря на это, дело было отправлено в суд. В суде шло как все по маслу. Для усиления позиции защиты, свидетелю защиты, родственнику, допрошенному в суде, который все время был в день грабежа с мальчиком, было предложено пройти полиграф. Что тот и сделал. В суд было представлено заключение полиграфолога, которое подтверждало все слова подсудимого и его свидетеля. ПРИГОВОР: Заключение полиграфолога в качестве доказательств не приняли, т.к. якобы не были должным образом разъяснены ему права. Но… 1 год лишения свободы. Вместо 2.5-3, которые предполагались. Судья постарался угодить и нашим, и вашим, рассчитывая, клиент удовлетвориться. Клиент неудовлетворился, но продолжать дело отказался. Посчитав, что на все жалобы уйдет больше времени, чем мальчик вернется из зоны. К моменту вступления приговора в силу он уже отсидел 6 месяцев.
ВТОРОЙ: Наркоконтроль задерживает 20-летнюю девушку якобы за попытку сбыта наркотиков в одно госучреждение. При ней помимо пакета, были обнаружены несколько таблеток наркотика для себя. Показания девушки: просили передать пакет, пакет передала, скрутили, насильно затащили в машину, сунули обратно пакет в женскую сумочку, угрожали, заставили все документы подписать. Три таблетки для себя признает, а то, что в пакете были другие наркотики, не знала.
Обвинительное заключение: попытка сбыта особо крупного размера наркотиков.
Шкала от 8 до 20 лет лишения свободы. На следствии было проведено независимое
СПФИ для подтверждения или опровержения показаний данных на следствии.
В суде – опер, во время допроса защитником (видно он сам того не понял)
подтвердил, что он пакет сунул обратно в сумочку девушке. Обвинение после
таких показаний, в прениях сторон отказалось от попытки сбыта, а просило
наказать за хранение и перевозку наркотиков без цели сбыта и дать 7.5 лет.
ПРИГОВОР: 4 года лишения свободы за хранение и перевозку.
ВЫВОДЫ: Полиграф не панацея, если не будет добыто защитой дополнительных доказательств, хотя бы косвенных. Которые впоследствии при всей совокупности, допустимости, относимости и согласованности между собой могут дать желаемый результат, или по крайней мере, более приемлемый.

Яндекс.Метрика